Технический прогресс достиг интимных сфер
И вызвал интерес зачуханных мегер.
Недоебёных жён и перезрелых дам,
У коих напряжён вопрос не по годам.
Вот и моя коза, я начал замечать,
Тянула руку за да всё рвалась кончать.
Теперь наоборот: то почки, то мигрень.
А коль предложишь в рот, так вонь на целый день.
И вроде всё как в старь. И дома в шесть часов,
И не меняет, тварь, обтёрханных трусов.
Уж лет до десяти не крутит перманент,
Недосказанности присутствует момент.
За бабой нужен глаз, а, может быть, и два.
Ведь по обрывкам фраз и мимики ебла
Увидишь бабью суть и бабское нутро.
Приятней заглянуть в помойное ведро.
И я тут заглянул! И ёкнул организм,
И протаранил стул с размаху атавизм,
И встали волосья торчком, как у ежа!
В корзине для белья огромный хуй лежал.
С приличный баклажан размером, я не вру.
Наклейка «МЭЙД ДЖАПАН» и штепсель на шнуру,
Изящнейший дизайн, приятный жёлтый цвет.
Воткнула и дерзай! Какой уж там минет!
И вроде не мужик, а ревность жжёт в виске,
Назойливо жужжит, как муха в нужнике
И мнится: самурай ебёт овцу мою.
Орёт, урод: «Банзай!», пустив ей в зад струю.
Вот сколько лет спустя, уж я не помню сам,
Хоть так, но, суки, мстят за озеро Хасан.
Дождался я шести, опёрся о косяк.
В квартиру дал войти и хером ей хуяк!
С потягом, как палач. У ней открылась пасть
Она аж, сука, вскачь по стульям понеслась.
Роняя интерьер и сопли на ковры,
А я за ней и хер ей тыкал в две дыры.
Тут сопли до пупа, а шмотки в чемодан.
«Как я была глупа! А ты урод, баран…
Ни ласки, ни тепла. Отрыжки да пердёж.
Короче, я ушла. Ещё, гад. позовёшь!»
Сперва залил ноль пять, потом залил ноль семь…
А может, твою мать, ушла не на совсем?
Ведь всё ж пятнадцать лет, привычки и покой
Я взял и свёл на нет японскою елдой.
Ну выставил за дверь, а дальше что и как?
Холодная постель? В пластмастке «Доширак»?
А что мне скажет сын? Что? «Папочка, ты прав?»
Очистив апельсин, ещё ноль два вьебав,
Я взвыл, стакан залив портвейном по краям,
Про то, как в той степи замёрз ямщик к хуям.
Я выл часов так пять, пугая тишину
И пять часов прогнать пытался мысль одну.
Но всё ж не утерпел, под утро в аккурат
Схватил японский хер и сунул себе в зад.
Воткнув в розетку шнур, я сразу охуел.
Я, словно Азнавур, грассируя, запел,
Затрясся, как шаман в камланье у костра.
Вот это «МЭЙД ДЖАПАН»! На выдумки хитра!
Припомнил Самотлор, где вместо РБУ
Готовил сам раствор. Трясучка, я ебу!!!
Тоннель метро потом, где я летал меж стен
С отбойным молотком, как тот японский член
И, как герой труда, крушил за пластом пласт!
А может, я…Ну да…Латентный пидарас?
А, может, спьяну я сменил ориентир?
Что ж, измени себя, изменишь целый мир!
Конфуций, мать твою! А всё АЛАБАШЛЫ!
И в жопу хер сую я, как шампур в шашлык!
А что мне скажет сын? Что? «Папочка, ты гей!»
Давай-ка, друг, остынь. Звони овце своей!
