Ох, и травы этим летом,
Словно в даль волна бежит
Воздух, солнышком прогретый
Терпким маревом дрожит.
Аромат полей дурманит
Мозг похлеще косяка.
Эх, нажраться б и по пьяне
Затянуть бы песняка.
Иль пуститься в пляс, рубаху
Разодравши на груди
Или во поле милаху
Что ли на хуй насадить.
Над бескрайними полями
Опрокинулось шатром
Небо синие! Земляне,
Как прекрасен отчий дом!
В предрассветной дымке речка
Отражает неба синь.
Аж в восторге хуй, как свечка
Встал без видимых причин!
Разведи меха, тальянка
Заиграй, запой рожок!
За кадык бы влить пол банки
И с милахой влезть в стожок.
Разложить её, как жабу
В свежескошенной траве.
Есть еще такие бабы
В этой дивной стороне!
В дом горящий с пьяну влезут,
Даже глазом не моргнут.
И коню по яйцам врежут,
Если лишнего глотнут.
А в работе как зайдутся,
Так хуячат смены три
Да потом еще ебутся
В сеновале до зари.
Им еще старик Некрасов
Посвящал свои стихи.
В пику всяким пидарасам
И хулителям сохи.
В пику всяким распиздяям,
Не макавшим рук в навоз.
В пику тем, кто не въезжает,
Как тяжёл крестьянский воз.
Ой, ты русская бабёнка!
Ты вынослива, как вол,
То покорна, как бурёнка,
То упряма, как осел!
То твой взгляд такой невинный,
Чист, как первая листва.
То ебешся, словно “Зингер”,
Пизданув стакана два.
Даже Пушкину покоя
Не давала страсть твоя.
То, как зверь, в оргазме воешь
Ты, то плачешь, как дитя.
Ну а я, хоть не Некрасов
И совсем не от сохи.
В пику тем же пидарасам
Эти выдумал стихи.
